С помощью ColorPen ученик и преподаватель в реальном времени, находясь в разных городах, могут включиться в процесс обучения. Для использования программы нужна веб-камера, планшет, микрофон и наушники...
Читайте обзор функций программы ColorPen на сайте разработчиков.
Эту программу для дистанционных занятий использует репетитор математики Галина Анатольевна - она нам сообщила о своем удачном опыте работы с этой программой.
Видеоуроки, новости образования, подготовка к ЕГЭ, дискуссии и другие интересные материалы для школьников, родителей и, конечно, для репетиторов
пятница, 22 апреля 2011 г.
среда, 30 марта 2011 г.
Выставка "Звездные девушки", презентация книги
Елена Михайловна Ильина, художник и репетитор графики и живописи, сообщает об открытии выставки и презентации книги:
"Дорогие друзья!
Приглашаю Вас на открытие моей персональной выставки "Звездные Девушки", а также на презентацию одноименной книги!
Открытие выставки 3.04.2011 г. в 17:00, ЦДЖ, Москва.
ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ДОМ ЖУРНАЛИСТА ПРЕДСТАВЛЯЕТ ПЕРСОНАЛЬНУЮ ВЫСТАВКУ ХУДОЖНИЦЫ ЕЛЕНЫ ИЛЬИНОЙ, а также ПРЕЗЕНТАЦИЮ ПЕРВОЙ КНИГИ АВТОРОВ ЕЛЕНЫ ИЛЬИНОЙ И МАРТЫ ИЛЬИНОЙ - "ЗВЕЗДНЫЕ ДЕВУШКИ".
Анонс книги "ЗВЕЗДНЫЕ ДЕВУШКИ":
Иллюстрированный альбом-сборник литературных и художественных произведений. Цель данного издания - через искусство и поэзию донести до современника идею красоты, позитивного восприятия жизни, веры в себя, так как своими действиями, текущими мыслями и чувствами мы формируем свое Будущее. Идею создания данной книги подсказала картина "Звездная Девушка", фрагмент которой размещен на обложке. В сборник вошли стихотворения и картины, на взгляд авторов, наиболее точно соответствующие друг другу, несмотря на то, что произведения были созданы в разные периоды жизни.
С уважением, Елена"
четверг, 24 февраля 2011 г.
Монолог Гамлета по-английски: "To be, or not to be: that is the question"
Монолог Гамлета на языке оригинала...
To be, or not to be: that is the question:
Whether 'tis nobler in the mind to suffer
The slings and arrows of outrageous fortune,
Or to take arms against a sea of troubles,
And by opposing end them? To die: to sleep;
No more; and by a sleep to say we end
The heart-ache and the thousand natural shocks
That flesh is heir to, 'tis a consummation
Devoutly to be wish'd. To die, to sleep;
To sleep: perchance to dream: ay, there's the rub;
For in that sleep of death what dreams may come
When we have shuffled off this mortal coil,
Must give us pause: there's the respect
That makes calamity of so long life;
For who would bear the whips and scorns of time,
The oppressor's wrong, the proud man's contumely,
The pangs of despised love, the law's delay,
The insolence of office and the spurns
That patient merit of the unworthy takes,
When he himself might his quietus make
With a bare bodkin? who would fardels bear,
To grunt and sweat under a weary life,
But that the dread of something after death,
The undiscover'd country from whose bourn
No traveller returns, puzzles the will
And makes us rather bear those ills we have
Than fly to others that we know not of?
Thus conscience does make cowards of us all;
And thus the native hue of resolution
Is sicklied o'er with the pale cast of thought,
And enterprises of great pith and moment
With this regard their currents turn awry,
And lose the name of action.
Другие публикации на эту тему.
Высоцкий читает стихотворение "Мой Гамлет"
Монолог Гамлета в исполнении Высоцкого
Монолог Гамлета - фрагмент фильма Григория Козинцева (1964). Иннокентий Смоктуновский в роли Гамлета. Монолог Гамлета в оригинале и в переводе Пастернака.
To be, or not to be: that is the question:
Whether 'tis nobler in the mind to suffer
The slings and arrows of outrageous fortune,
Or to take arms against a sea of troubles,
And by opposing end them? To die: to sleep;
No more; and by a sleep to say we end
The heart-ache and the thousand natural shocks
That flesh is heir to, 'tis a consummation
Devoutly to be wish'd. To die, to sleep;
To sleep: perchance to dream: ay, there's the rub;
For in that sleep of death what dreams may come
When we have shuffled off this mortal coil,
Must give us pause: there's the respect
That makes calamity of so long life;
For who would bear the whips and scorns of time,
The oppressor's wrong, the proud man's contumely,
The pangs of despised love, the law's delay,
The insolence of office and the spurns
That patient merit of the unworthy takes,
When he himself might his quietus make
With a bare bodkin? who would fardels bear,
To grunt and sweat under a weary life,
But that the dread of something after death,
The undiscover'd country from whose bourn
No traveller returns, puzzles the will
And makes us rather bear those ills we have
Than fly to others that we know not of?
Thus conscience does make cowards of us all;
And thus the native hue of resolution
Is sicklied o'er with the pale cast of thought,
And enterprises of great pith and moment
With this regard their currents turn awry,
And lose the name of action.
Другие публикации на эту тему.
Высоцкий читает стихотворение "Мой Гамлет"
Монолог Гамлета в исполнении Высоцкого
Монолог Гамлета - фрагмент фильма Григория Козинцева (1964). Иннокентий Смоктуновский в роли Гамлета. Монолог Гамлета в оригинале и в переводе Пастернака.
Высоцкий читает стихотворение "Мой Гамлет"
Владимир Высоцкий читает свое стихотворение "Мой Гамлет"...
Владимир Высоцкий
Мой Гамлет
Я только малость объясню в стихе,
На все я не имею полномочий...
Я был зачат, как нужно, во грехе, -
В поту и нервах первой брачной ночи.
Я знал, что отрываясь от земли, -
Чем выше мы, тем жестче и суровей.
Я шел спокойно прямо в короли
И вел себя наследным принцем крови.
Я знал - все будет так, как я хочу.
Я не бывал внакладе и в уроне.
Мои друзья по школе и мечу
Служили мне, как их отцы - короне.
Не думал я над тем, что говорю,
И с легкостью слова бросал на ветер -
Мне верили и так, как главарю,
Все высокопоставленные дети.
Пугались нас ночные сторожа,
Как оспою, болело время нами.
Я спал на кожах, мясо ел с ножа
И злую лошадь мучил стременами.
Я знал, мне будет сказано: "Царуй!" -
Клеймо на лбу мне рок с рожденья выжег,
И я пьянел среди чеканных сбруй.
Был терпелив к насилью слов и книжек.
Я улыбаться мог одним лишь ртом,
А тайный взгляд, когда он зол и горек,
Умел скрывать, воспитанный шутом.
Шут мертв теперь: "Аминь!" Бедняга! Йорик!
Но отказался я от дележа
Наград, добычи, славы, привилегий.
Вдруг стало жаль мне мертвого пажа...
Я объезжал зеленые побеги.
Я позабыл охотничий азарт,
Возненавидел и борзых, и гончих,
Я от подранка гнал коня назад
И плетью бил загонщиков и ловчих.
Я видел - наши игры с каждым днем
Все больше походили на бесчинства.
В проточных водах по ночам, тайком
Я отмывался от дневного свинства.
Я прозревал, глупея с каждым днем,
Я прозевал домашние интриги.
Не нравился мне век и люди в нем
Не нравились. И я зарылся в книги.
Мой мозг, до знаний жадный как паук,
Все постигал: недвижность и движенье.
Но толка нет от мыслей и наук,
Когда повсюду им опроверженье.
С друзьями детства перетерлась нить, -
Нить Ариадны оказалась схемой.
Я бился над вопросом "быть, не быть",
Как над неразрешимою дилеммой.
Но вечно, вечно плещет море бед.
В него мы стрелы мечем - в сито просо,
Отсеивая призрачный ответ
От вычурного этого вопроса.
Зов предков слыша сквозь затихший гул,
Пошел на зов, - сомненья крались с тылу,
Груз тяжких дум наверх меня тянул,
А крылья плоти вниз влекли, в могилу.
В непрочный сплав меня спаяли дни -
Едва застыв, он начал расползаться.
Я пролил кровь, как все, и - как они,
Я не сумел от мести отказаться.
А мой подъем пред смертью - есть провал.
Офелия! Я тленья не приемлю.
Но я себя убийством уравнял
С тем, с кем я лег в одну и ту же землю.
Я, Гамлет, я насилье презирал,
Я наплевал на Датскую корону.
Но в их глазах - за трон я глотку рвал
И убивал соперника по трону.
Но гениальный всплеск похож на бред,
В рожденьи смерть проглядывает косо.
А мы все ставим каверзный ответ
И не находим нужного вопроса.
1972
Другие публикации на эту тему.
Монолог Гамлета в исполнении Высоцкого
Монолог Гамлета - фрагмент фильма Григория Козинцева (1964). Иннокентий Смоктуновский в роли Гамлета. Монолог Гамлета в оригинале и в переводе Пастернака.
Владимир Высоцкий
Мой Гамлет
Я только малость объясню в стихе,
На все я не имею полномочий...
Я был зачат, как нужно, во грехе, -
В поту и нервах первой брачной ночи.
Я знал, что отрываясь от земли, -
Чем выше мы, тем жестче и суровей.
Я шел спокойно прямо в короли
И вел себя наследным принцем крови.
Я знал - все будет так, как я хочу.
Я не бывал внакладе и в уроне.
Мои друзья по школе и мечу
Служили мне, как их отцы - короне.
Не думал я над тем, что говорю,
И с легкостью слова бросал на ветер -
Мне верили и так, как главарю,
Все высокопоставленные дети.
Пугались нас ночные сторожа,
Как оспою, болело время нами.
Я спал на кожах, мясо ел с ножа
И злую лошадь мучил стременами.
Я знал, мне будет сказано: "Царуй!" -
Клеймо на лбу мне рок с рожденья выжег,
И я пьянел среди чеканных сбруй.
Был терпелив к насилью слов и книжек.
Я улыбаться мог одним лишь ртом,
А тайный взгляд, когда он зол и горек,
Умел скрывать, воспитанный шутом.
Шут мертв теперь: "Аминь!" Бедняга! Йорик!
Но отказался я от дележа
Наград, добычи, славы, привилегий.
Вдруг стало жаль мне мертвого пажа...
Я объезжал зеленые побеги.
Я позабыл охотничий азарт,
Возненавидел и борзых, и гончих,
Я от подранка гнал коня назад
И плетью бил загонщиков и ловчих.
Я видел - наши игры с каждым днем
Все больше походили на бесчинства.
В проточных водах по ночам, тайком
Я отмывался от дневного свинства.
Я прозревал, глупея с каждым днем,
Я прозевал домашние интриги.
Не нравился мне век и люди в нем
Не нравились. И я зарылся в книги.
Мой мозг, до знаний жадный как паук,
Все постигал: недвижность и движенье.
Но толка нет от мыслей и наук,
Когда повсюду им опроверженье.
С друзьями детства перетерлась нить, -
Нить Ариадны оказалась схемой.
Я бился над вопросом "быть, не быть",
Как над неразрешимою дилеммой.
Но вечно, вечно плещет море бед.
В него мы стрелы мечем - в сито просо,
Отсеивая призрачный ответ
От вычурного этого вопроса.
Зов предков слыша сквозь затихший гул,
Пошел на зов, - сомненья крались с тылу,
Груз тяжких дум наверх меня тянул,
А крылья плоти вниз влекли, в могилу.
В непрочный сплав меня спаяли дни -
Едва застыв, он начал расползаться.
Я пролил кровь, как все, и - как они,
Я не сумел от мести отказаться.
А мой подъем пред смертью - есть провал.
Офелия! Я тленья не приемлю.
Но я себя убийством уравнял
С тем, с кем я лег в одну и ту же землю.
Я, Гамлет, я насилье презирал,
Я наплевал на Датскую корону.
Но в их глазах - за трон я глотку рвал
И убивал соперника по трону.
Но гениальный всплеск похож на бред,
В рожденьи смерть проглядывает косо.
А мы все ставим каверзный ответ
И не находим нужного вопроса.
1972
Другие публикации на эту тему.
Монолог Гамлета в исполнении Высоцкого
Монолог Гамлета - фрагмент фильма Григория Козинцева (1964). Иннокентий Смоктуновский в роли Гамлета. Монолог Гамлета в оригинале и в переводе Пастернака.
Монолог Гамлета в исполнении Высоцкого
Фрагмент из спектакля "Гамлет": монолог Гамлета "Быть или не быть..." в исполнении Высоцкого...
Высоцкий рассказывает о спектакле "Гамлет", исполняет песню на стихи Пастернака...
Борис Пастернак
Гамлет
Гул затих. Я вышел на подмостки.
Прислонясь к дверному косяку,
Я ловлю в далеком отголоске,
Что случится на моем веку.
На меня наставлен сумрак ночи
Тысячью биноклей на оси.
Если только можно, Aвва Oтче,
Чашу эту мимо пронеси.
Я люблю твой замысел упрямый
И играть согласен эту роль.
Но сейчас идет другая драма,
И на этот раз меня уволь.
Но продуман распорядок действий,
И неотвратим конец пути.
Я один, все тонет в фарисействе.
Жизнь прожить - не поле перейти.
1946
Другие публикации на эту тему.
Монолог Гамлета - фрагмент фильма Григория Козинцева (1964). Иннокентий Смоктуновский в роли Гамлета. Монолог Гамлета в оригинале и в переводе Пастернака.
Высоцкий рассказывает о спектакле "Гамлет", исполняет песню на стихи Пастернака...
Борис Пастернак
Гамлет
Гул затих. Я вышел на подмостки.
Прислонясь к дверному косяку,
Я ловлю в далеком отголоске,
Что случится на моем веку.
На меня наставлен сумрак ночи
Тысячью биноклей на оси.
Если только можно, Aвва Oтче,
Чашу эту мимо пронеси.
Я люблю твой замысел упрямый
И играть согласен эту роль.
Но сейчас идет другая драма,
И на этот раз меня уволь.
Но продуман распорядок действий,
И неотвратим конец пути.
Я один, все тонет в фарисействе.
Жизнь прожить - не поле перейти.
1946
Другие публикации на эту тему.
Монолог Гамлета - фрагмент фильма Григория Козинцева (1964). Иннокентий Смоктуновский в роли Гамлета. Монолог Гамлета в оригинале и в переводе Пастернака.
воскресенье, 20 февраля 2011 г.
Монолог Гамлета - фрагмент фильма Григория Козинцева (1964)
Монолог Гамлета - фрагмент фильма Григория Козинцева (1964). Иннокентий Смоктуновский в роли Гамлета.
«Гамлет» — художественный фильм, снятый Григорием Козинцевым на киностудии «Ленфильм» в 1964 году по сюжету пьесы Шекспира «Гамлет, принц Датский» (1602 год). Перевод Бориса Пастернака. Подробно в "Википедии".
Борис Пастернак (перевод)
Быть или не быть, вот в чем вопрос. Достойно ль
Смиряться под ударами судьбы,
Иль надо оказать сопротивленье
И в смертной схватке с целым морем бед
Покончить с ними? Умереть. Забыться.
И знать, что этим обрываешь цепь
Сердечных мук и тысячи лишений,
Присущих телу. Это ли не цель
Желанная? Скончаться. Сном забыться.
Уснуть... и видеть сны? Вот и ответ.
Какие сны в том смертном сне приснятся,
Когда покров земного чувства снят?
Вот в чем разгадка. Вот что удлиняет
Несчастьям нашим жизнь на столько лет.
А то кто снес бы униженья века,
Неправду угнетателей, вельмож
Заносчивость, отринутое чувство,
Нескорый суд и более всего
Насмешки недостойных над достойным,
Когда так просто сводит все концы
Удар кинжала! Кто бы согласился,
Кряхтя, под ношей жизненной плестись,
Когда бы неизвестность после смерти,
Боязнь страны, откуда ни один
Не возвращался, не склоняла воли
Мириться лучше со знакомым злом,
Чем бегством к незнакомому стремиться!
Так всех нас в трусов превращает мысль,
И вянет, как цветок, решимость наша
В бесплодье умственного тупика,
Так погибают замыслы с размахом,
В начале обещавшие успех,
От долгих отлагательств. Но довольно!
Офелия! О радость! Помяни
Мои грехи в своих молитвах, нимфа.
William Shakespeare:
To be, or not to be: that is the question:
Whether 'tis nobler in the mind to suffer
The slings and arrows of outrageous fortune,
Or to take arms against a sea of troubles,
And by opposing end them? To die: to sleep;
No more; and by a sleep to say we end
The heart-ache and the thousand natural shocks
That flesh is heir to, 'tis a consummation
Devoutly to be wish'd. To die, to sleep;
To sleep: perchance to dream: ay, there's the rub;
For in that sleep of death what dreams may come
When we have shuffled off this mortal coil,
Must give us pause: there's the respect
That makes calamity of so long life;
For who would bear the whips and scorns of time,
The oppressor's wrong, the proud man's contumely,
The pangs of despised love, the law's delay,
The insolence of office and the spurns
That patient merit of the unworthy takes,
When he himself might his quietus make
With a bare bodkin? who would fardels bear,
To grunt and sweat under a weary life,
But that the dread of something after death,
The undiscover'd country from whose bourn
No traveller returns, puzzles the will
And makes us rather bear those ills we have
Than fly to others that we know not of?
Thus conscience does make cowards of us all;
And thus the native hue of resolution
Is sicklied o'er with the pale cast of thought,
And enterprises of great pith and moment
With this regard their currents turn awry,
And lose the name of action.-Soft you now!
The fair Ophelia! Nymph, in thy orisons
Be all my sins remember'd.
«Гамлет» — художественный фильм, снятый Григорием Козинцевым на киностудии «Ленфильм» в 1964 году по сюжету пьесы Шекспира «Гамлет, принц Датский» (1602 год). Перевод Бориса Пастернака. Подробно в "Википедии".
Борис Пастернак (перевод)
Быть или не быть, вот в чем вопрос. Достойно ль
Смиряться под ударами судьбы,
Иль надо оказать сопротивленье
И в смертной схватке с целым морем бед
Покончить с ними? Умереть. Забыться.
И знать, что этим обрываешь цепь
Сердечных мук и тысячи лишений,
Присущих телу. Это ли не цель
Желанная? Скончаться. Сном забыться.
Уснуть... и видеть сны? Вот и ответ.
Какие сны в том смертном сне приснятся,
Когда покров земного чувства снят?
Вот в чем разгадка. Вот что удлиняет
Несчастьям нашим жизнь на столько лет.
А то кто снес бы униженья века,
Неправду угнетателей, вельмож
Заносчивость, отринутое чувство,
Нескорый суд и более всего
Насмешки недостойных над достойным,
Когда так просто сводит все концы
Удар кинжала! Кто бы согласился,
Кряхтя, под ношей жизненной плестись,
Когда бы неизвестность после смерти,
Боязнь страны, откуда ни один
Не возвращался, не склоняла воли
Мириться лучше со знакомым злом,
Чем бегством к незнакомому стремиться!
Так всех нас в трусов превращает мысль,
И вянет, как цветок, решимость наша
В бесплодье умственного тупика,
Так погибают замыслы с размахом,
В начале обещавшие успех,
От долгих отлагательств. Но довольно!
Офелия! О радость! Помяни
Мои грехи в своих молитвах, нимфа.
William Shakespeare:
To be, or not to be: that is the question:
Whether 'tis nobler in the mind to suffer
The slings and arrows of outrageous fortune,
Or to take arms against a sea of troubles,
And by opposing end them? To die: to sleep;
No more; and by a sleep to say we end
The heart-ache and the thousand natural shocks
That flesh is heir to, 'tis a consummation
Devoutly to be wish'd. To die, to sleep;
To sleep: perchance to dream: ay, there's the rub;
For in that sleep of death what dreams may come
When we have shuffled off this mortal coil,
Must give us pause: there's the respect
That makes calamity of so long life;
For who would bear the whips and scorns of time,
The oppressor's wrong, the proud man's contumely,
The pangs of despised love, the law's delay,
The insolence of office and the spurns
That patient merit of the unworthy takes,
When he himself might his quietus make
With a bare bodkin? who would fardels bear,
To grunt and sweat under a weary life,
But that the dread of something after death,
The undiscover'd country from whose bourn
No traveller returns, puzzles the will
And makes us rather bear those ills we have
Than fly to others that we know not of?
Thus conscience does make cowards of us all;
And thus the native hue of resolution
Is sicklied o'er with the pale cast of thought,
And enterprises of great pith and moment
With this regard their currents turn awry,
And lose the name of action.-Soft you now!
The fair Ophelia! Nymph, in thy orisons
Be all my sins remember'd.
Школа может стать платной, а Россия - безграмотной
"Кто нас завоевал? Чьей колонией стала Россия?" - спрашивает Елена Загородняя, экономический обозреватель РИА Новости, комментируя проект нового образовательного стандарта.
Другие материалы на эту тему.
Круглый стол в РИА Новости: новый образовательный стандарт
Доработан проект федерального государственного образовательного стандарта для старшей школы
Фурсенко о новых стандартах образования
Александр Кондаков о новых стандартах образования
И снова о новом образовательном стандарте...
Открытое письмо по поводу нового образовательного стандарта.
Новый образовательный стандарт в программе "Право голоса".
Мария Чистякова: "Прошу уволить меня в соответствии с государственным образовательным стандартом....".
Путин о новых образовательных стандартах.
"Единая Россия" уничтожит школу?
Другие материалы на эту тему.
Круглый стол в РИА Новости: новый образовательный стандарт
Доработан проект федерального государственного образовательного стандарта для старшей школы
Фурсенко о новых стандартах образования
Александр Кондаков о новых стандартах образования
И снова о новом образовательном стандарте...
Открытое письмо по поводу нового образовательного стандарта.
Новый образовательный стандарт в программе "Право голоса".
Мария Чистякова: "Прошу уволить меня в соответствии с государственным образовательным стандартом....".
Путин о новых образовательных стандартах.
"Единая Россия" уничтожит школу?
Подписаться на:
Сообщения (Atom)